Ohrangos.ru

Юридический журнал

Судебная практика ст238 ук рф

Судебная практика ст238 ук рф

Субъективная сторона, согласно общей теории науки уголовного права, является частью структуры субъективных признаков преступления, характеризующих его внутреннее содержание наравне с объективными признаками, как общественно-опасное деяние [3]. С практической точки зрения, научный интерес к конструкции состава преступления (ст. 238 УК РФ), определяется особенностями его квалификации, по признакам субъективной стороны. Особенностью большинства преступлений (ст. ст. 228-245 УК РФ) включенных в главу 25 «Преступления против здоровья населения и общественной нравственности», является диспозитивность уголовно-правовых норм, отсылающих правоприменителя к соответствующим нормативным правовым актам, имеющих при этом различное технико-юридическое содержание.

Как подчеркивает Янович Е.Ю., субъективно преступления против здоровья населения и общественной нравственности совершаются, как правило, умышленно, реже — по неосторожности. Ряд статей в качестве признака субъективной стороны преступления указывают или подразумевают наличие специальной цели, например, цели сбыта [10]. Вместе с тем, уголовно-правовое значение признаков субъективной стороны состава преступления, — пишет Семернева Н.К., неодинаково. Вина в форме умысла или неосторожности выступает в качестве обязательного признака любого преступления [7].

Однако при квалификации деяний по признакам субъективной стороны состава преступления (ст. 238 УК РФ) в следственной и судебной практике по-прежнему возникают последующие сложности в установлении формы вины на совершение преступления. Примером может служить факт осознания потребителем (очевидности) того, что товар, продукция, предлагаемая к продаже (сбыту), работа или услуга (оказываемая по договору или во исполнение какого-либо иного обязательства) по своим характеристикам может не отвечать требованиям качества и безопасности. Так, по мнению Морозова В.И., с субъективной стороны деяние, предусмотренное ч. 1 ст. 238 УК РФ, может быть совершено как умышленно, так и по неосторожности, когда виновный не осознает того, что товары, работы или услуги не отвечают требованиям безопасности, хотя должен был и мог это осознавать и не допустить их оборота [4].

Примером, обличающим умышленную форму вины в этом случае может выступать сбыт лицом спиртосодержащей жидкости (со значительным превышением по микробиологическим показателям установленных по ГОСТ 31670-2012 «Водки и водки особые. Спектрально-люминесцентный метод идентификации спирта» (Приказ Росстандарта от 28.09.2012 №469-ст)), представляющая как реальную, так и возможную (потенциальную) опасность для жизни и здоровья потребителя. В частности, А.Ю. Захаров отмечает, что реализация такого товара потребителями может: «восприниматься адекватно его цене, как неоригинального, другие, неосведомленные о стоимости оригинала, будут находиться в заблуждении относительно качества приобретаемой продукции, третьи — в силу субъективных обстоятельств не придадут значению фактору «соотношение цена-качество», четвертые будут приобретать товар вынуждено в связи с отсутствием в продаже оригинала и т.д. Умысел же продавца будет направлен на реализацию всей партии товара безотносительно к тому, как это будут воспринимать покупатели» [1].

Таким образом, мы приходим к выводу, что независимо от того осознает, а равно допускает или не допускает потребитель, что приобретаемая им продукция не отвечает требованиям качества и безопасности (является опасной для жизни и здоровья потребителя), умысел виновного направлен на сбыт указанных товаров. С учетом конструкции состава преступления действия виновного лица, направленные на производство, хранение перевозку товаров и продукции, должны иметь обязательную цель — сбыт этих товаров и продукции. В части сбыта товаров и продукции, а также при оказании услуг и выполнении работ, не отвечающих требованиям безопасности деяния по отношению к признакам объективной стороны состава преступления (ст. 238 УК РФ), характеризуется как правило, формой вины в виде прямого умысла. Мотив и цель преступления на квалификацию не влияют, но равно учитываются судом при назначении окончательного наказания по правилам главы 10 Уголовного кодекса РФ.

Например, А.С. Хачатрян поясняет, что в тех случаях, когда перед следственными органами встает вопрос о необходимости доказать у лица наличие умысла на совершение преступления, предусмотренного ст. 238 УК РФ, сотрудники правоохранительных органов прибегают к таким мерам, как предварительное предупреждение руководства общепита о том, что реализуемая ими продукция может представлять опасность для жизни и здоровья потребителей [9]. Факт предварительного уведомления лица о нарушении санитарных норм по мнению Хачатрян А.С. и Воронина В.В. («Обстоятельства, подтверждающие наличие состава преступления, предусмотренного ст. 238 УК РФ». Уголовный процесс. 2008. №12. С. 14-20), подтверждает наличие у лица прямого умысла на совершение преступления. При квалификации преступления, отмечают авторы, необходимо в каждом конкретном случае устанавливать осведомлённость лица об опасности реализуемого им товара для жизни и здоровья потребителей.

Продолжая рассматривать вопросы соотношения преступления с его теоритической конструкцией, в науке уголовного права некоторые ученые отмечают, что субъективная сторона преступления (ст. 238 УК РФ) характеризуется виной в форме прямого умысла по отношению к деянию и неосторожностью по отношению к последствиям, указанным в части материальных составов преступлений с квалифицированными и особо квалифицированными признаками (п. «в» ч. 2 и ч. 3 ст. 238 УК РФ) [6].

При этом влиять на индивидуальность признаков субъективной стороны состава преступления может техническая и правовая природа предметов преступления к числу которых относят: продукты питания, не пригодные для употребления в силу нарушения технологии изготовления; изделия химического производства, содержащие ядовитые примеси; лекарственные средства и медицинская техника изготовленная с нарушением технологического цикла производства; механизмы без соответствующих защитных устройств; недоброкачественно выполненный ремонт жилого помещения, создающий угрозу жизни либо здоровью человека, а равно лиц, проживающих в указанных жилых помещениях и т.д.

Рассматривая признаки субъективной стороны преступления, выразим солидарность по отношению к позиции Наумова А.В. о том, что субъективная сторона преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 238 УК, характеризуется двойной формой вины (ст. 27 УК РФ): прямым умыслом по отношению к любому из указанных в ч. 1 и ч. 2 ст. 238 УК РФ действий и неосторожностью (в виде легкомыслия и небрежности) по отношению к наступлению тяжкого вреда здоровью или смерти человека [5].

Кроме того, аналогичной, смежной с мнением Наумова А.В. позиции придерживаются авторы Борзенков Г.Н. и Комиссаров В.С. Последние указывают на то, что совершение преступления, предусмотренное ч. 2 п. «в» и ч. 3 ст. 238 УК РФ с квалифицирующими и особо квалифицирующими признаками состава, возможно исключительно при неосторожной форме вины. В свою очередь, с учетом общего понимания признаков субъективной стороны состава преступления, мы вынуждены подвергнуть сомнению заключение А.С. Хачатрян о том, что к уголовной ответственности по ст. 238 УК РФ может быть привлечено лицо только в том случае, если будет установлено, что виновное лицо точно знало, о том, что производимая (хранимая с целью сбыта, реализуемая) им продукция представляет опасность для жизни и здоровья потребителя.

В качестве примера, указывающего на невозможность применения этой зависимости по отношению к признакам субъективной стороны преступления в следственной и судебной практике, приведем выдержку из информационного письма Прокуратуры Кировской области от 25 апреля 2006 года «Вопросы квалификации и расследования преступлений, предусмотренных ст. 238 УК РФ»: «с учетом того, что преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 238, является умышленным, перенесение предмета доказывания на установление фактической опасности товара неминуемо повлекло бы необходимость доказывания осведомленности виновного лица о фактических опасных свойствах продаваемого товара, что практически по подавляющему большинству дел невозможно» [2]. Способом решения этого вопроса, целью которого является правильная квалификация преступления (ст. 238 УК РФ), включая установление формы вины подозреваемого (обвиняемого), может служить перенес основного бремени доказывания на установление формы вины, через осознание характера совершенных виновным лицом действий (бездействий). Между тем, формирование следственной и судебной практики происходит с учетом следующих особенностей: большая часть деяний, направленных на производство, хранение, перевозку либо сбыт товаров и продукции выполнения работ или оказания услуг, не отвечающих требованиям безопасности квалифицируется по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 238 УК РФ содержание субъективной стороны которых составляет косвенный умысел (ч. 3 ст. 25 УК РФ) и небрежность (ч.3 ст. 26 УК РФ).

При этом, определять и подтверждать конкретную формы вины на совершение преступления рекомендуется через проведение таких оперативно-розыскных мероприятий как: сбор образцов для сравнительного исследования, проверочная закупка, исследование предметов и документов (ст. 6 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности от 12.08.1995 № 144-ФЗ (ред. от 21.12.2013)) либо ряда следственных действий, но уже в рамках, определяемых Уголовно-процессуальным кодексом РФ от 18.12.2001 № 174-ФЗ (ред. 05.05.2014).

Алгоритм таких действий и соответственно принимаемым по ним процессуальным решениям можно представить следующим образом. При систематических действиях лица, не обозначающего себя в качестве индивидуального предпринимателя, направленных на сбыт изготовленной и разлитой у себя на дому спиртосодержащей продукции (водно-спиртовой смеси), полученной в результате разбавлении этилового синтетического спирта (технического спирта) водой, непригодного для производства алкогольной продукции содержащего посторонние примеси, вещества, представляющие опасность для жизни и здоровья человека, виновный осознает степень общественной опасности своих действий, предвидит возможность наступления общественно опасных последствий в виде причинения вреда жизни и здоровью человека, наступление которого может быть связано с употреблением спиртосодержащей жидкости в пищу.

При выявлении и работе с такими лицами, уполномоченным участковым полиции может проводиться проверка частных домовладений в соответствии со ст. 2 Федерального закона «О полиции» от 07.02.2011 № 3-ФЗ (ред. от 03.02.2014), в обязанности которого входит как защита личности, общества, государства от противоправных посягательств; предупреждение и пресечение преступлений и административных правонарушений так и выявление, раскрытие преступлений, производство дознания по уголовным делам. Документами, подтверждающими факт сбыта, с указанием на конкретные признаки субъективной стороны являются: рапорт об обнаружении признаков состава преступления; акт проведения контрольной закупки; объяснения лиц, участвующих в оперативном или следственном действии и т.д.

Например, Полярнозоринским районным судом Мурманской области 26.10.2011 года при производстве в суде первой инстанции по уголовному делу № 1-48/2011 Тимонин Р.В., Травкина А.А., Лухнева С.Е. были признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 238 УК РФ. В 2011 году Тимонина Р.В., действуя из корыстных побуждений, в нарушение положений частей 1, 2, 5, 6 ст. 15 Федерального закона РФ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ, п.п.1 и 2 статьи 3 Федерального закона РФ «О качестве и безопасности пищевых продуктов» от 02 января 2000 года № 29-ФЗ, ст. 7 Федерального закона РФ «О защите прав потребителей» от 07 февраля 1992 № 2300-1 в целях обеспечения своей семьи денежными средствами, предложила своей дочери Лухнёвой С.Е. и Травкину А.А., с которыми совместно проживает, заняться преступной деятельностью, связанной с реализацией некачественной спиртосодержащей продукцией, не отвечающей требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей.

С этой целью в период времени с начала 2011 года по июнь 2011 года Тимонина Р.В. приобретала у неустановленного лица спиртосодержащую жидкость, не прошедшую обязательную государственную сертификацию, являющуюся водно-спиртовой смесью на основе спирта этилового с наличием токсичной микропримеси — диэтилфталата. 29 апреля 2011 года действуя группой лиц по предварительному сговору с Травкиным А.А. и Лухнёвой С.Е., Тимонина Р.В., находясь по месту своего жительства незаконно сбыла гражданину гр. А, участвующему в проведении оперативно-розыскного мероприятия «Проверочная закупка», для пищевого потребления одну полимерную бутылку, ёмкостью 0,5 литра, с водно-спиртовой смесью. В этот же день в ходе личного досмотра указанная спиртосодержащая непищевая жидкость была добровольно выдана гражданином гр. А. После проведенного химического исследования указанной жидкости 16 июня 2011 года Тимонина Р.В., Травкин А.А. и Лухнёва С.Е. были лично предупреждены о том, что реализуемая ими продукция является водно-спиртовой смесью на основе спирта этилового с наличием токсичной микропримеси — диэтилфталата.

Будучи предупрежденными о том, что реализуемая ими продукция создает угрозу жизни человека, Тимонина Р.В., Травкин А.А. и Лухнёва С.Е., достоверно зная, что реализуемая ими спиртосодержащая жидкость не соответствует санитарным правилам, требованиям нормативных документов, не имеет удостоверения качества и безопасности пищевых продуктов, вызывает расстройство здоровья и представляет опасность для жизни человека, продолжили сбывать суррогатную алкогольную продукцию. Что подтверждалось результатами оперативно-розыскного мероприятия — «Проверочная закупка» от 17 июня 2011, 23 июня 2011, 24 июня 2011 гг.

Таким образом, субъективная сторона преступления, в части производства, хранения или перевозки в целях сбыта либо сбыта товаров и продукции, выполнения работ или оказания услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей, неправомерного использования официального документа, удостоверяющего соответствие указанных товаров, работ или услуг требованиям безопасности (ч. 1 ст. 238 УК РФ), а равно деяния совершенного группой лиц по предварительному сговору или организованной группой (ч. 2 п. «а» ст. 238 УК РФ), в отношении товаров, работ или услуг, предназначенных для детей в возрасте до шести лет (ч. 2 п. «б» ст. 238 УК РФ) характеризуется умышленной формой вины в виде прямого или косвенного умысла.

Действия виновного, направленного на неправомерную выдачу или использование официального документа, удостоверяющего соответствие указанных товаров, работ или услуг требованиям безопасности по ч. 1 и ч. 2 п. «а», «в» ст. 238 УК РФ совершается по отношению к действиям в форме прямого умысла. По ч. 2 п. «б» ст. 238 УК РФ признаки субъективной стороны состава преступления заключают в себе форму прямого умысла. При совершении преступления, если указанные в диспозиции ч. 1 и ч. 2 п. «а, б» ст. 238 УК РФ деяния, повлекли по неосторожности: причинение тяжкого вреда здоровью человека либо смерть человека (п. «в» ч. 2 ст. 238 УК РФ), либо смерть двух или более лиц (ч. 3 ст. 238 УК РФ) субъективная сторона преступления характеризуются виной в форме умысла по отношению к действиям и неосторожностью относительно наступивших общественно опасных последствий.

Рецензенты:

Иванов В.Д., д.ю.н., профессор кафедры «Уголовно-правовые дисциплины» ИСОиП (филиал) ДГТУ в г. Шахты, г. Шахты.

Працко Г.С., д.ю.н., профессор кафедры «Уголовно-правовые дисциплины» ИСОиП (филиал) ДГТУ в г. Шахты, г. Шахты.

Дата опубликования: 5 июля 2011 г.

Зарайский городской суд Московской области

именем Российской Федерации

г. Зарайск «19» мая 2011г.

Федеральный судья Зарайского городского суда Московской области Бирюков А.Л., с участием государственного обвинителя прокуратуры г. Зарайска М.О. Пронина В.А.,

подсудимых Сучкова С.А., Сучковой Н.В.,

защитника Колосова А.А., представившего удостоверение № 4425 и ордер № АК/36, выданный адвокатским кабинетом № 953,

при секретаре судебного заседания Киселевой З.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела № 1-97/11 в особом порядке судебного заседания в отношении:

Сучкова С.А. г.р., уроженца (Адрес), зарегистрированного по адресу: (Адрес 1), проживающего по адресу: (Адрес 2), работающего контролером — «—-», гр-на —, со —- образованием, —-, имеющего на иждивении —-, юридически не судимого, находящегося по настоящему уголовному делу под подпиской о невыезде, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст.238 ч.2 п. «а», 238 ч.2 п. «а» УК РФ,

Сучковой Н.В. г.р., уроженки (Адрес), зарегистрированной по адресу: (Адрес 2), ——, —-, гр-ки —, со —- образованием, —-, имеющей на иждивении —-, не судимой, находящейся по настоящему уголовному делу под подпиской о невыезде, обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст.238 ч.2 п. «а», 238 ч.2 п. «а» УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

Подсудимые Сучков С.А., Сучкова Н.В. совершили преступления: производство, хранение в целях сбыта и сбыт товаров и продукции, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей, совершенные группой лиц по предварительному сговору; производство, хранение в целях сбыта и сбыт товаров и продукции, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей, совершенные группой лиц по предварительному сговору.

Другие публикации  Субсидия на ижс многодетным

Преступления совершены при следующих обстоятельствах: Сучков С.А. в конце года вступил в предварительный сговор со своей женой Сучковой Н.В. на производство, хранение в целях сбыта и сбыт фальсифицированной продукции, не отвечающей требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей. С этой целью, Сучкова Н.В. в года, реализуя единый умысел с Сучковым С.А., примерно в — часов, находясь около магазина «—-» по ул. (Адрес), приобрела у неустановленных следствием лиц, две пятилитровых канистры технического спирта, по цене —- рублей за канистру, с целью последующей реализации. Впоследствии Сучкова Н.В., реализуя единый умысел с Сучковым С.А. на производство и хранение в целях сбыта и сбыт фальсифицированной алкогольной продукции, находясь по адресу: Московская область (Адрес 2), произвела спиртосодержащую жидкость, смешивая приобретенный технический спирт с водой из расчета — литра воды на — литр спиртосодержащей жидкости. Полученную жидкость Сучкова Н.В. и Сучков С.А. разливали в бутылки различной емкости, бывшими в употреблении, с различными этикетками и хранили по указанному адресу в целях дальнейшего сбыта, всем желающим, по цене — рублей за — литра спиртосодержащей жидкости.

г. около — часов — минут Сучкова Н.В., находясь по адресу: (Адрес 2), из корыстных побуждений, заведомо зная, что продаваемая алкогольная продукция (спиртосодержащая жидкость) является некачественной и не отвечает требованием безопасности для жизни или здоровья потребителей, реализуя единый с Сучковым С.А. умысел на сбыт алкогольной продукции, сбыла — бутылку емкостью — литра с этикеткой пиво «—-», заполненную спиртосодержащей жидкостью, гражданину В.В.В. по цене — рублей за бутылку.

г. около — часов — минут Сучков С.А., находясь по адресу:(Адрес 2), из корыстных побуждений, заведомо зная, что продаваемая алкогольная продукция (спиртосодержащая жидкость) является некачественной и не отвечает требованием безопасности для жизни или здоровья потребителей, реализуя единый с Сучковой Н.В. умысел на сбыт алкогольной продукции, сбыл — бутылку емкостью — литра с этикеткой «——», заполненную спиртосодержащей жидкостью, гражданину М.А.Е. по цене — рублей за бутылку, после чего сотрудники ОБЭП ОВД —- объявили, что закупка была контрольной.

Подсудимые Сучков С.А., Сучкова Н.В. показали, что обвинение им понятно, они с ним согласны в полном объеме, и признают себя виновными в предъявленном им обвинении. Они поддерживают свое ходатайство, заявленное в период ознакомления с материалами настоящего уголовного дела о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства. Данное ходатайство заявлено добровольно, после консультации с защитником и в их присутствии. Они осознают последствия постановления приговора без проведения судебного разбирательства.

Защитник Колосов А.А. согласился с ходатайствами и возражений по ним не имел.

Государственный обвинитель согласился с ходатайствами и возражений по ним не имел.

Суд при таких обстоятельствах приходит к выводу, что обвинение, с которым согласились подсудимые, обосновано, подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу.

Суд согласен с квалификацией действий Сучкова С.А., Сучковой Н.В. по ст.ст.238 ч.2 п. «а», 238 ч.2 п. «а» УК РФ. Данные обстоятельства позволяют суду постановить приговор в отношении Сучкова С.А., Сучковой Н.В. без проведения судебного разбирательства. Ходатайства о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства заявлены с соблюдением требований, предусмотренных ст.ст.314-316 УПК РФ. Основания для прекращения уголовного дела отсутствуют.

При назначении наказания суд учитывает степень общественной опасности и характер совершенных преступлений, роли каждого подсудимого в преступлении, совершенном в соучастии, данные о личности виновных, данные о семейном и имущественном положении подсудимых, состоянии их здоровья, поведении в быту, обстоятельства смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семьи.

Согласно представленных справок врачей —- и —- Сучков С.А., Сучкова Н.В. на учете в —— не состоят. По месту жительства подсудимые ——. Сучков С.А. ——, по месту ——.

Смягчающими наказание обстоятельствами Сучкову С.А., Сучковой Н.В. суд учитывает: признание вины, раскаяние в содеянном, нахождение на их иждивении ——. Обстоятельств, отягчающих наказание, по делу не установлено.

Принимая во внимание вышеперечисленные обстоятельства в совокупности, суд считает, что в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденных, предупреждения совершения новых преступлений, исправление Сучкова С.А., Сучковой Н.В. возможно без изоляции от общества. Суд считает, что применение ст.64 УК РФ к подсудимым не возможно.

С учетом обстоятельств совершения преступлений и личности подсудимых суд считает невозможным назначение иного, более мягкого наказания, чем лишение свободы, считая, что данный вид наказания, соразмерен тяжести инкриминируемых им преступлений.

Суд считает, что наказание должно быть назначено по совокупности совершенных преступлений, на основании ст. 69 ч.3 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний. Суд считает необходимым назначить дополнительное наказание подсудимому Сучкову С.А. в виде штрафа. Определяя размер штрафа, суд учитывает тяжесть совершенного преступления, имущественное положение осужденного и его семьи.

Суд, в соответствии со ст.73 ч.5 УК РФ, с учетом возраста, трудоспособности и состояния здоровья подсудимых, считает необходимым назначение Сучкову С.А., Сучковой Н.В. исполнение дополнительных обязанностей в виде: обязанности осужденных ежемесячно являться в специализированный государственный орган, осуществляющий исправление осужденных, не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденных, не совершать административных правонарушений, за которые могут быть привлечены к административной ответственности.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.314-316, 307, 308 и 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать Сучкова С.А, Сучкову Н.В. виновными в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст.238 ч.2 п. «а», 238 ч.2 п. «а» УК РФ и назначить наказание:

по ст.238 ч.2 п. «а» УК РФ в виде лишения свободы на срок 1(один) год 8(восемь) месяцев со штрафом в размере 10000(десять тысяч) рублей.

по ст.238 ч.2 п. «а» УК РФ в виде лишения свободы на срок 1(один) год 8(восемь) месяцев со штрафом в размере 10000(десять тысяч) рублей.

По совокупности совершенных преступлений, на основании ст. 69 ч.3 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 2(два) года 2(два) месяца со штрафом в размере 15000(пятнадцать тысяч) рублей.

по ст.238 ч.2 п. «а» УК РФ в виде лишения свободы на срок 1(один) год 6(шесть) месяцев без штрафа.

по ст.238 ч.2 п. «а» УК РФ в виде лишения свободы на срок 1(один) год 6(шесть) месяцев без штрафа.

По совокупности совершенных преступлений, на основании ст. 69 ч.3 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 2(два) года без штрафа.

На основании ст. 73 УК РФ приговор в части лишения свободы в исполнение не приводить, а назначенное наказание Сучкову С.А., Сучковой Н.В. считать условным, с испытательным сроком: Сучковой Н.В. в течение 1(одного) года, Сучкову С.А. в течение 2(двух) лет.

Обязать осужденных Сучкова С.А., Сучкову Н.В. ежемесячно являться в специализированный государственный орган, осуществляющий исправление осужденных, не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденных, не совершать административных правонарушений, за которые могут быть привлечены к административной ответственности.

Дополнительное наказание Сучкову С.А. в виде штрафа — исполнять самостоятельно.

Меру пресечения Сучкову С.А., Сучковой Н.В. до вступления приговора в законную силу оставить прежнюю — подписку о невыезде.

Вещественные доказательства: материалы оперативно-розыскной деятельности, хранящиеся при настоящем уголовном деле – оставить в деле;

— — бутылок, две канистры емкостью 5литров, линейку, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по —— по М.О. – уничтожить;

— денежную купюру достоинством — рублей —- №——, хранящуюся в бухгалтерии——-(Адрес. – вернуть М.А.Е.).

Приговор может быть обжалован в кассационном порядке в Московский областной суд через Зарайский городской суд М.О. в течение 10 суток со дня провозглашения. В случае подачи кассационной жалобы, принесении кассационного представления, осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции, а также поручать осуществление своей защиты избранному ими защитникам либо ходатайствовать перед судом о назначении защитников, о чем обязаны уведомить суд в тот же срок.

Приговор, поставленный в соответствии со ст.316 УПК РФ, не может быть обжалован в кассационном порядке по основанию, предусмотренному п.1 ст.379 УПК РФ.

Статья 238 УК РФ. Производство, хранение, перевозка либо сбыт товаров и продукции, выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности (действующая редакция)

1. Производство, хранение или перевозка в целях сбыта либо сбыт товаров и продукции, выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей, а равно неправомерные выдача или использование официального документа, удостоверяющего соответствие указанных товаров, работ или услуг требованиям безопасности, —

наказываются штрафом в размере до трехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до двух лет, либо обязательными работами на срок до трехсот шестидесяти часов, либо ограничением свободы на срок до двух лет, либо принудительными работами на срок до двух лет, либо лишением свободы на тот же срок.

2. Те же деяния, если они:

а) совершены группой лиц по предварительному сговору или организованной группой;

б) совершены в отношении товаров, работ или услуг, предназначенных для детей в возрасте до шести лет;

в) повлекли по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью либо смерть человека, —

наказываются штрафом в размере от ста тысяч до пятисот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до трех лет, либо принудительными работами на срок до пяти лет, либо лишением свободы на срок до шести лет со штрафом в размере до пятисот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до трех лет или без такового.

3. Деяния, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, повлекшие по неосторожности смерть двух или более лиц, —

наказываются принудительными работами на срок до пяти лет либо лишением свободы на срок до десяти лет.

  • URL
  • HTML
  • BB-код
  • Текст

Комментарий к ст. 238 УК РФ

1. Потребитель — это гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных (бытовых) нужд, не связанных с извлечением прибыли.

Безопасность товара (работы, услуги) — это свойство при обычных условиях их использования, хранения, транспортировки, утилизации или иного использования (потребления), а также безопасность процесса изготовления товара, выполнения работы, оказания услуги.

2. О производстве, хранении, перевозке и сбыте товаров и продукции см. комментарий к ст. 171.1 УК.

Работы, не отвечающие требованиям безопасности, — это выполняемые по заказу потребителя строительные, монтажные, реставрационные и прочие работы, в процессе или в результате осуществления которых жизнь или здоровье потребителя ставится под реальную угрозу; услуги, не отвечающие требованиям безопасности, — это медицинские, санитарно-эпидемиологические, бытовые, транспортные и иные услуги, пользование которыми создает реальную опасность для жизни или здоровья потребителя.

3. На товары (работы и услуги), подлежащие обязательной сертификации, выдаются сертификат или знак соответствия (ст. 2 Федерального закона от 27 декабря 2002 г. N 184-ФЗ «О техническом регулировании»).

Сертификат соответствия — документ, удостоверяющий соответствие объекта требованиям технических регламентов, положениям стандартов, сводов правил или условиям договоров; знак соответствия — это обозначение, служащее для информирования приобретателей о соответствии объекта сертификации требованиям системы добровольной сертификации или национальному стандарту.

4. Неправомерная выдача сертификата соответствия означает незаконное его предоставление изготовителю товаров, производителю работ или услуг без проведения сертификации или вопреки ее отрицательным результатам; его неправомерное использование характеризуется тем, что виновный использует сертификат, полученный незаконным путем.

5. Преступление считается оконченным с момента выполнения любого из деяний, указанных в законе.

6. Субъективная сторона преступления характеризуется только прямым умыслом.

7. Субъект преступления — лицо, являющееся собственником или руководителем коммерческой организации, индивидуальным предпринимателем и достигшее возраста 16 лет; за неправомерную выдачу официального документа, удостоверяющего соответствие указанных товаров, работ или услуг требованиям безопасности, ответственность несет сотрудник органа, осуществляющего сертификацию этих товаров, работ или услуг.

8. Квалифицированный и особо квалифицированный виды рассматриваемого преступления указаны соответственно в ч. ч. 2 и 3 комментируемой статьи.

Мониторинг правоприменения

Анализ судебно-следственной практики применения статьи 238 УК РФ (Производство, хранение, перевозка либо сбыт товаров и продукции, выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности)

Отчет подготовлен по результатам изучения 150 судебных решений и 10 постановлений об отказе в возбуждении уголовных дел.

Исполнители: профессор кафедры уголовного права СПбГУ, д.ю.н. Щепельков В.Ф.; доцент кафедры уголовного права, к.ю.н. Оленников С.М., аспирант Скоробогатько Я.П.

В статье 238 УК РФ предусмотрена уголовная ответственность за производство, хранение, перевозку в целях сбыта либо сбыт товаров и продукции, выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей, а равно неправомерные выдачу или использование официального документа, удостоверяющего соответствие указанных товаров, работ или услуг требованиям безопасности (ч. 1 ст. 238 УК РФ). По части 2 ст. 238 УК РФ ответственность наступает при наличии квалифицирующих признаков: совершение преступления группой лиц по предварительному сговору или организованной группой; совершение деяния в отношении товаров, работ или услуг, предназначенных для детей в возрасте до шести лет; наступление по неосторожности тяжкого вреда здоровью либо смерть человека. Если в результате по неосторожности наступила смерть двух или более лиц, то содеянное требует квалификации по ч. 3 ст. 238 УК РФ. Преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 238 УК РФ, является умышленным, в силу формального состава требуется наличие прямого умысла. По ч. 2 и ч. 3 ст. 238 УК РФ ответственность наступает за преступления с двумя формами вины. По категории тяжести деяние, предусмотренное ч. 1 ст. 238 УК РФ, отнесено законодателем к преступлению небольшой тяжести, преступления, предусмотренные ч. 2 и ч. 3 ст. 238 УК РФ, – к тяжким преступлениям.

В результате исследования 150 решений судов в 23 субъектах Российской Федерации (Республика Башкортостан, Белгородская область, Республика Дагестан, Республика Калмыкия, Камчатский край, Кировская область, Краснодарский край, Красноярский край, Республика Крым, Курганская область, Ленинградская обл., Москва, Нижегородская область, Омская область, Пермский край, Ростовская область, Самарская область, Санкт-Петербург, Ставропольский край, Республика Татарстан, Томская область, Тюменская область, Ульяновская область) за период с 2011 года были получены следующие результаты.

Были выделены 4 сферы, в которых совершаются данные преступления:

  • предоставление услуг населению — (39 дел, что составляет 26 %);
  • производство и продажа алкогольной продукции (63 дела, что составляет 42 %)
  • предоставление услуг по перевозке (24 дела – 16 %)
  • производство и продажа продуктов питания (24 дела – 16 %).

В зависимости от квалификации преступлений по разным частям ст. 238 УК РФ дела распределились следующим образом: по ч. 1 ст. 238 УК РФ было квалифицировано 128 преступлений, что составляет 85 %, по ч. 2 ст. 238 УК РФ – 20 преступлений (14 %), по ч. 3 ст. 238 УК РФ – 2 (1 %).

Представляет интерес распределение преступлений в зависимости от того, совершаются они в процессе зарегистрированной экономической деятельности (назовем это на профессиональной основе) или же нет (на непрофессиональной основе).

Лица, совершающие преступления, предусмотренные ст. 238 УК РФ, в зависимости от сферы деятельности

Всего

Предоставление услуг населению

Производство и продажа алкогольной продукции

Предоставление услуг по перевозке

Производство и продажа продуктов питания

В целом преступления, предусмотренные ст. 238 УК РФ, в большинстве случаев (57 %) совершаются вне рамок зарегистрированной деятельности. И только в сфере производства и продажи алкогольной продукции большая часть преступлений (73 %) совершается в процесс зарегистрированной деятельности.

Другие публикации  Кассационная жалоба на постановление суда кассационной инстанции

Представляет интерес распределение лиц, совершающих преступления в организации, в зависимости от их профессиональных функций.

Лица, совершающие преступления в организации, в зависимости от выполняемой профессиональной функции

Ответственные за безопасность

Предоставление услуг населению

Производство и продажа алкогольной продукции

Предоставление услуг по перевозке пассажиров

Производство и продажа продуктов питания

В большинстве случаев (66 %) привлекают к ответственности руководителей, а в сфере производства и продажи алкогольной продукции и продуктов питания руководителей привлекали к уголовной ответственности соответственно в 76 % и 71,5 % случаев совершения преступлений. За оказание услуги по перевозке пассажиров, не отвечающей требованиям безопасности, привлекались к ответственности только водители (75%) и лица, отвечающие за безопасность оказания услуги (25 %), руководителей в этой сфере к ответственности не привлекали.

Заслуживает внимание распределение лиц, совершающих преступления вне зарегистрированной деятельности, в зависимости от систематичности общественно опасных деяний.

Лица, совершающие преступления вне зарегистрированной деятельности, в зависимости от систематичности общественно опасных деяний

Совершение общественно опасного деяния

Предоставление услуг населению

Производство и продажа алкогольной продукции

Предоставление услуг по перевозке пассажиров

Производство и продажа продуктов питания

В 70 % случаев преступления, совершаемые вне рамок зарегистрированной деятельности, осуществляются на систематической основе. Исключение составляют только преступления, связанные с производством и продажей продуктов питания, где доля деяний, совершаемых систематически, составляет 22 %.

Таким образом, в общей сложности преступления, совершаемые на систематической основе, составляют 83 %, от всех совершенных преступлений, предусмотренных ст. 238 УК РФ.

Наиболее тяжкие последствия наступают от преступлений в сфере предоставления услуг населению (в 30% случаев наступает тяжкий вред здоровью или смерть потерпевшего).

Проблемы уголовно-правовой квалификации

  1. Пожалуй, наиболее остро при квалификации содеянного по ст. 238 УК РФ стоит вопрос об установлении признака общественной опасности деяния.

Закон в действующей редакции не предусматривает в качестве обязательного признака основного состава преступления причинение каких-либо последствий. В первоначальной редакции данной статьи уголовная ответственность наступала лишь в случае, если выпуск или продажа товаров, выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности, повлекли по неосторожности причинение вреда здоровью человека. Однако еще в 1999 году законодатель, очевидно желая усилить борьбу с распространением на потребительском рынке товаров, потенциально опасных для жизни и здоровья людей, исключил из текста закона указание на последствия, а также дополнительно криминализовал производство, хранение и перевозку в целях сбыта небезопасных товаров и продукции.

Внесение указанных поправок создало предпосылки для серьезного изменения уголовно-правовой характеристики анализируемого состава преступления. Во-первых, в действиях законодателя прослеживалось стремление к формализации состава преступления. В данном случае это могло бы означать возможность привлечения к ответственности за оконченное преступление при совершении деяний, выразившихся в отступлении от требований безопасности при производстве товара, его хранении, продаже либо в процессе оказания услуги вне зависимости от последствий допущенных нарушений. Во-вторых, неосторожное преступление трансформировалось в умышленное, поскольку указание на причинение последствий по неосторожности теперь предусмотрено только в качестве квалифицирующего признака, а в основной состав включено указание на цель сбыта.

В результате, когда правоохранительные органы стали активно применять статью 238 УК, начала складываться противоречивая практика при квалификации содеянного, если материалами дела достоверно подтверждается лишь факт нарушения нормативных требований безопасности при совершении действий, указанных в диспозиции нормы закона.

В одних случаях допущенные нарушения при обороте товаров или оказании услуг рассматриваются в качестве достаточного основания для уголовной ответственности вне зависимости от того, представляли ли потенциальную опасность для жизни или здоровья сами товары и услуги. Правоприменительные органы и суды в таких делах исходят из презумпции опасности товара и услуги, если нарушены нормативные правила, содержание которых направлено на обеспечение безопасности жизни и здоровья потребителей.

Другой подход предполагает необходимость установления того, что в результате допущенных нарушений в конкретном случае создавалась реальная угроза причинения вреда жизни и здоровью потребителей.

Например, С. была осуждена за хранение в целях сбыта и сбыт товаров и продукции, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей. Приговором суда установлено, что С., работая продавцом в магазине, в нарушение п. п. 11, 23, 33 «Правил продажи отдельных видов товара», утвержденных Постановлением Правительства РФ от 19 января 1998 года, умышленно хранила с целью последующего сбыта продукты питания, не отвечающие требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, с истекшим сроком годности, которую умышленно продала покупателю в рамках проводимой проверочной покупки. Данные действия судом были квалифицированы по ч.1 ст.238 УК РФ, как хранение в целях сбыта и сбыт товаров и продукции, не отвечающей требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей. Суд надзорной инстанции отменил приговор указав, что сам по себе факт несоответствия товара требованиям качества не всегда создает реальную опасность для жизни и здоровья потребителя и не является достаточным условием для привлечения лица к уголовной ответственности по ч.1 ст.238 УК РФ, поскольку в том случае, если опасность сбываемой продукции для жизни и здоровья потребителей не подтверждена, возможно применение административной, а не уголовной ответственности[1].

Более того, анализ правоприменительной практики показывает, что при рассмотрении конкретных дел аналогичные фактические обстоятельства получают в приговорах разных судов различную правовую оценку. Так, Г. был признан виновным и осужден за оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей. Выполняя обязанности оператора-заправщика автогазозаправочной станции (АГЗС), он произвел заправку бытового газового баллона сжиженным газом, нарушив тем самым требования безопасности, поскольку у бытового газового баллона истекли сроки эксплуатации и освидетельствования, в связи с чем он не мог быть допущен к заправке и подлежал утилизации. Кроме того, Г. использовал для наполнения бытового газового баллона не предназначенное для этого оборудование. Суд пришел к выводу, что оказанная услуга по наполнению газом бытового газового баллона с истекшим сроком эксплуатации и освидетельствования не отвечала требованиям безопасности и несла угрозу жизни и здоровью персонала АГЗС и потребителей[2].

В другом деле, оператор АГЗС, осуществивший заправку бытового газового баллона, не подлежавшего эксплуатации, был оправдан в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. Суд согласился с тем, что оператор нарушил запрет заправки бытовых баллонов на АГЗС, запрет эксплуатации не прошедших проверку газовых баллонов. Вместе с тем, в решении суда указано, что само по себе формальное нарушение требований нормативных актов в сфере работы со сжиженными газами, не может образовывать состав преступления при отсутствии его необходимого признака — общественной опасности. Из заключения технической судебной экспертизы следовало, что техническое состояние баллона соответствовало норме, на поверхности баллона отсутствовали какие-либо повреждения, фактический вес заправленного баллона не превышал установленных норм. Поэтому суд сделал вывод: хотя заправка газового баллона и была произведена с нарушением установленных требований, оператором АГЗС не было допущено заполнение газом некачественного, имеющего дефекты баллона, а равно и его переполнение, создающее условия для возможного разрушения баллона, разгерметизации. При таких обстоятельствах никакой угрозы жизни и здоровью потребителя или иных лиц действия оператора не создавали[3].

Следует согласиться с толкованием закона, согласно которому для привлечения к уголовной ответственности по статье 238 УК требуется установить наличие реальной угрозы причинения вреда жизни и здоровью потребителей. Действующее законодательство не допускает возложение уголовной ответственности за нарушение различного рода правил, требований, норм безопасности, если нарушения не привели к наступлению общественно-опасных последствий или возникновению угрозы их наступления. Ответственность за сам факт нарушения нормативных требований, как правило, наступает в соответствии с нормами административного законодательства, поскольку общественная опасность таких нарушений, если они не угрожают причинением существенного вреда, недостаточна для криминализации соответствующих действий.

  1. Еще одна проблема при применении ст. 238 УК РФ – установление вины.

Изучение судебной практики показывает, что при квалификации по части 1 статьи 238 УК в приговорах всегда содержится оценка субъективной стороны содеянного. При этом правоприменители обоснованно исходят из того, что это преступление совершается с прямым умыслом. Однако в значительном количестве судебных решений при анализе вины в совершении конкретного преступления игнорируется содержание умысла, и речь идет лишь об особенностях его формы. Например:

— подсудимая осознавала, что хранит в целях сбыта и сбывает спиртосодержащую жидкость, не отвечающую требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, предвидела наступление общественно-опасных последствий и желала их наступления[4];

— с субъективной стороны совершенное общественно-опасное деяние характеризуется прямым умыслом, так как К.К.Б. осознавал, что сбывает продукцию, не отвечающую требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, и желал совершить указанные действия[5];

— установленные в суде обстоятельства в своей совокупности свидетельствуют о прямом умысле В.М. именно на выполнение работ, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, так как он осознавал общественную опасность указанного преступления, предвидел возможность общественно опасных последствий и желал их наступления[6].

Таким образом, в ряде решений суды при характеристике субъективной стороны ограничиваются формулировкой умышленной вины, приведенной в статье 25 УК и построенной на особенностях ее формы. При этом, как видно из приведенных примеров, положения статьи Общей части об отношении виновного к последствиям воспроизводятся даже несмотря на то, что в части 1 статьи 238 предусмотрен формальный состав преступления. Подобный подход следует признать неправильным, так как в обосновании вины при квалификации конкретного преступления необходимо указывать, общественную опасность каких именно действий осознавало виновное лицо и желало совершить, а также в чем выражается общественная опасность.

В мотивировочной части некоторых судебных актов приводится описание содержания вины. Поскольку содержательное наполнение интеллектуального и волевого элемента вины в значительной мере определяется тем, как истолкованы объективные признаки преступления, в решениях судов по-разному оценивается, что должно осознавать, предвидеть и желать виновное лицо.

Во многих случаях раскрывая содержание умысла при квалификации по части 1 статьи 238 УК, правоприменители указывают, что виновный осознавал общественную опасность содеянного и желал продолжать осуществлять сбыт небезопасных товаров или оказание небезопасных услуг, поскольку ранее предупреждался о допущенных им нарушениях требований безопасности или привлекался к административной ответственности. Например:

— доводы о том, что не доказано наличие прямого умысла в действиях подсудимой, суд признает несостоятельными. В судебном заседании было установлено, что Х. после сделанного сотрудниками полиции предупреждения о том, что изготовленная ею спиртосодержащая жидкость является непищевым продуктом и представляет опасность для здоровья и жизни людей, хранила в целях сбыта и сбывала спиртосодержащую жидкость, не отвечающую требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, действовала умышленно, осознавала общественную опасность своих действий[7];

— о прямом умысле С., об осознании им характера своих действий и их несоответствия требованиям безопасности, свидетельствуют уведомление об ответственности за оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности, а также документы административного производства, согласно которым он привлекался к административной ответственности за нарушение п. 56 Правил пожарной безопасности на судах внутреннего водного транспорта РФ при эксплуатации судна[8];

— защитник полагает, что не доказан умысел подсудимого на совершение преступления. Суд находит данное заявление не соответствующим полученным в судебном заседании сведениям. Как установлено, магазины С., его коптильный цех, были предметом неоднократных проверок следственными органами. При каждой из которых обнаруживались признаки уголовного преступления, однако С. свою незаконную деятельность не прекращал, в органы ветеринарного надзора свою продукцию для проверки не сдавал ни одного раза, что подтвердил в суде и руководитель данного органа. Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что С. осознавал общественную опасность своих действий, но продолжал умышленно их совершать и действия его подпадают под признаки ст. 238 ч. 1 УК РФ[9].

В приведенных примерах ссылки на предупреждения, уведомления, факты административного производства, предшествовавшие уголовному преследованию, призваны подтвердить, что виновное лицо достоверно знало о нарушении им правил безопасности при обороте товаров и услуг. Поэтому интеллектуальный элемент вины, по существу, обосновывается через осознание противоправности совершенных действий, а их общественная опасность предполагается, поскольку виновный предупреждался о нарушении не любых правил производства товаров или оказания услуг, а правил безопасности. Такой подход к анализу субъективной стороны отражает вышеуказанное толкование судами объективной стороны преступления, при котором достаточным для уголовной ответственности считается сам факт нарушения правил, независимо от того, возникла ли реальная опасность для жизни и здоровья потребителя.

Если исходить из того, что ответственность по части 1 статьи 238 УК наступает лишь в случае фактической опасности товара или услуги, которая определяется исходя из реальных характеристик товаров и услуг, сбыт или оказание которых осуществляется в условиях конкретного места и времени, то осознание этой опасности должно включаться в содержание вины. То есть виновное лицо должно осознавать, что сбыт товара или оказание услуги создает реальную опасность для жизни и здоровья потребителя и желать совершать такие действия. Анализ материалов следственной практики (постановлений об отказе в возбуждении уголовных дел по статье 238 УК) показывает, что в тех случаях, когда установлены факты нарушения нормативных требований безопасности жизни и здоровья, но при этом не установлен умысел на сбыт товаров или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности, уголовные дела не возбуждаются.

В судебной практике также встречаются дела, при рассмотрении которых суды не ограничиваются установлением осознания факта нарушения нормативных требований безопасности, включая в содержание вины осознание того, что сбыт товара или оказание услуги создавали реальную опасность для жизни или здоровья потребителя. Например:

— зная санитарно-эпидемиологические правила и нормативы, О.А.В., получая сопроводительные документы на мясо, не мог не заметить, что они имеют разночтения. Кроме того, как О.А.В., так и К. осознавали, что мясо должно поступить в детские сады для детей в возрасте до 6 лет, а потому обязаны были не только тщательнейшим образом ознакомиться с сопроводительными документами, но и с самой продукцией, не заметить некачественность которой не требовалось специальных навыков и познаний. В протоколе осмотра приведен текст разговора, состоявшегося между Г. и О.А.В. относительно поставленного мяса. В речи О.А.В. прозвучало (дословно): «…Оно за ночь просто так не могло испортиться. А цвет зеленый, я у Димы сразу спрашивал на следующее утро: Почему зеленый. ». Оценивая содержащиеся в указанном протоколе сведения с другими доказательствами у судебной коллегии не возникает сомнений о наличии в действиях О.А.В. и К. прямого умысла на совершение инкриминируемого им преступления[10];

— в судебном заседании бесспорно и достоверно установлен факт совершения подсудимым хранения в целях сбыта, и сбыт продукции, не отвечающей требованиям безопасности здоровья потребителей, при этом подсудимый Б.Н. действовал с прямым умыслом, поскольку он осознавал противоправность своих действий, так как достоверно знал о том, что указанная спиртосодержащая жидкость непригодна для употребления в пищу, а У.Б.Е. приобретает ее именно для этой цели, однако, он желал этого и достиг[11].

В тех случаях, когда суды считают не доказанным осознание виновным факта возникновения реальной опасности для жизни и здоровья потребителей и желания совершения действий, порождающих такую опасность, могут быть вынесены оправдательные приговоры. Например:

— мотивируя наличие в действиях Л. состава преступления, суд указал, что о наличии прямого умысла Л. на незаконное хранение спиртосодержащей продукции, опасной для жизни и здоровья потребителей, с целью сбыта свидетельствует количество изъятой при обыске в доме жидкости около — 100 литров, ее хранение в таре из-под воды, отсутствие на таре маркировки. Однако с такими выводами суда согласиться нельзя. Ни количество приобретенной жидкости, ни отсутствие на ней маркировки и акцизных марок само по себе с достоверностью не доказывает осознание Л. того обстоятельства, что в жидкости содержатся вещества, делающие ее опасной для жизни и здоровья людей. Органы следствия и суд не установил ни одного обстоятельства, основываясь на котором можно было бы сделать вывод о преступном умысле Л. на хранение спиртосодержащей жидкости, опасной для здоровья. То, что она спросила у продавца спиртосодержащей жидкости, пригодна ли она в пищу, и получила утвердительный ответ, подтверждает, что Л. желала приобрести хорошую продукцию, пригодную для употребления[12];

Другие публикации  Дарение квартиры сыну налоги

— вопреки доводам законного представителя потерпевшего, суд первой инстанции правильно пришел к выводу о том, что суду не представлено убедительных и достоверных доказательств того, что З. имел прямой умысел на оказание услуг с заведомо и реально опасными результатами для жизни и здоровья потребителей, путем введения (либо намерения ввести потребителя) в заблуждение относительно действительного качества товара, продукции, работы или услуги, реально представляющих опасность для его жизни и здоровья[13].

  1. Отдельную проблему при квалификации преступлений, предусмотренных ст. 238 УК РФ, составляет установление субъекта преступления, когда перечисленные в диспозиции ст. 238 УК РФ действия свершаются в организации. Возникает вопрос о том, кого привлекать к ответственности: руководителя организации, продавца, реализующего не отвечающий требованиям безопасности товар, руководителя среднего звена, которому известно о нарушениях требований безопасности, но который не прекращает оказание услуг или иных работников в той или иной степени причастных к осуществлению перечисленных в ст. 238 УК РФ действий.

Подобная проблема имеет место и в отношении некоторых иных преступлений (например, предусмотренных ч. 2 и 3 ст. 146, ст. 171 УК РФ). Так, по делам о незаконном предпринимательстве Верховный Суд РФ в постановлении Пленума от 18.11.2004 № 23 «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем» разъяснил, что при осуществлении организацией незаконной предпринимательской деятельности ответственности по статье 171 УК РФ подлежит лицо, на которое в силу его служебного положения постоянно, временно или по специальному полномочию были непосредственно возложены обязанности по руководству организацией, а также лицо, фактически выполняющее обязанности или функции руководителя организации. Если лицо (за исключением руководителя организации или лица, на которое постоянно, временно или по специальному полномочию непосредственно возложены обязанности по руководству организацией) находится в трудовых отношениях с организацией или индивидуальным предпринимателем, которые осуществляют свою деятельность без регистрации, с нарушением правил регистрации, без специального разрешения (лицензии) либо с нарушением лицензионных требований и условий или с предоставлением заведомо подложных документов, то выполнение этим лицом обязанностей, вытекающих из трудового договора, не содержит состава преступления, предусмотренного статьей 171 УК РФ. Это решение Пленума Верховного Суда РФ основано на том, что работники в указанной ситуации занимаются не предпринимательством, а принимают участие в производственной деятельности и получают зарплату за свой личный труд[14].

В случае со сбытом товаров, оказанием услуг или выполнением работ работник (продавец, рабочий и т.п.) также исполняет свои профессиональные функции и получает за это вознаграждение. Сбывает товар, оказывает услугу или выполняет работу организация, которая в итоге извлекает из этого выгоды. Поэтому и нести ответственность здесь должны только лица причастные к принятию решения о производстве, сбыте товара, оказании услуги или выполнении работ, не отвечающих требованиям безопасности. Логика вышеприведенного разъяснения Пленума Верховного Суда РФ по делам о незаконном предпринимательстве вполне применима и в случае с преступлением, предусмотренным ст. 238 УК РФ.

Таким образом, по общему правилу к уголовной ответственности по ст. 238 УК РФ за производство, хранение, перевозку в целях сбыта либо сбыт товаров и продукции, выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей должны привлекаться лица, которые принимают соответствующее управленческое решение. Это номинальные руководители организации, лица, возглавляющие отдельные подразделения. Такое решение может принять и фактический руководитель организации. Это могут быть и рядовые работники, если в установленном порядке на них возложена обязанность по принятию решения о производстве, хранении, перевозке в целях сбыта либо сбыте товаров и продукции, выполнении работ или оказании услуг с соблюдением требований безопасности жизни или здоровья потребителей. Иные лица могут привлекаться как соучастники в случаях, когда они вносят определенный вклад в принятие соответствующего решения. Например, в случае подстрекательства руководителя к указанным действиям. В любом случае одного факта физического участия в осуществлении производства, хранения, перевозки в целях сбыта либо сбыте товаров и продукции, выполнении работ или оказании услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей, работником организации при выполнении профессиональных функций, даже при условии его осведомленности о незаконности указанных действий недостаточно для привлечения его к уголовной ответственности[15].

Анализ судебных решений показывает, что суды соблюдают обозначенную логику установления субъекта преступления, когда оно совершается в организации.

  1. Понятие «оказание услуг» для целей применения статьи 238 УК.

В тех случаях, когда содеянное квалифицируется в соответствии со статьей 238 УК по признаку «оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей», возникает вопрос о том, что понимается под «услугами» и какими субъектами могут оказываться услуги. В частности, в ряде судебных решений отмечается, что диспозиция ч.1 ст.238 УК РФ является бланкетной и при квалификации деяния по данной уголовно-правовой норме необходимо обращаться к положениям Закона РФ «О защите прав потребителей», определяющим понятие «исполнителя» и «потребителя». При этом, как разъяснил Верховный Суд РФ в постановлении Пленума от 28.06.2012 N 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», под услугой следует понимать действие, совершаемое исполнителем в интересах и по заказу потребителя в целях, для которых услуга такого рода обычно используется, либо отвечающее целям, о которых исполнитель был поставлен в известность потребителем при заключении возмездного договора (п.3). Основываясь на приведенном определении, суды по уголовным делам формулируют следующие признаки оказания потребительских услуг:

1) совершаются исполнителем в интересах и по заказу потребителя;

2) сопровождаются заключением возмездного договора.

В связи с этим отсутствие доказательств заключения договора об оказании услуг и возмездного характера отношений служит основанием для вынесения оправдательных приговоров. Например:

— Б. обвинялся в том, что совершил полет на вертолете Ми-2 в течение 20 минут, на высоте примерно 50 метров, с находящимися на борту вертолета пассажирами. По версии обвинения Б. оказал услугу по перевозке пассажиров, не отвечающую требованиям безопасности, совершил полет без уведомления контролирующих органов, при отсутствии сведений о полетах в районе иных воздушных судов, с использованием топлива, являющегося опасным ввиду отсутствия его анализа и замены. Суд пришел к выводу об отсутствии в действиях Б. состава преступления, в том числе потому, что для оказания услуги необходимо наличие такого критерия как заключение возмездного договора между исполнителем и потребителем услуги. Суд установил, что Б. не является исполнителем услуги, договор на оказание услуги по перевозке пассажиров между Б. и пассажирами не заключался[16];

— суд кассационной инстанции отменил обвинительный приговор в отношении Ч. и передал дело на новое рассмотрение, указав, что ни в приговоре, ни в апелляционном постановлении не дана оценка тому, что индивидуальным предпринимателем Ч. не являлся, в судебных решениях не приведено достаточных доказательств того, что перевозка пассажиров Ч. была произведена на возмездной основе[17].

В результате анализа судебных решений выявлена противоречивая практика в связи установлением признаков потерпевшего от преступления, предусмотренного статьей 238 УК. Поскольку в законе речь идет о «потребителе», то некоторые суды, строго толкуя это понятие, исходят из необходимости установления гражданско-правовых договорных отношений между исполнителем услуг и потребителем-потерпевшим.

Так, Л. была осуждена по ст.238 за то, что, будучи инженером ООО «ЖКХ», заключившим Договор управления многоквартирным домом, то есть лицом, ответственным за организацию работ по очистке кровли от снега и наледи, не предприняла должных мер по проверке состояния кровли и допустила образование льда на крыше. В результате произошло падение с крыши наледи с фрагментами бетона на проходящих со стороны проезжей части потерпевших, повлекшее причинение вреда их здоровью. Суд кассационной инстанции отменил обвинительный приговор и оправдал Л, указав, что уголовная ответственность по ст.238 УК РФ наступает, если лицо, оказывающее именно потребителям услуги по поддержанию надлежащего состояния крыш, умышленно, т.е. будучи осведомленным о наличии опасности падения с нее предметов, не принимает меры по устранению недопустимого риска, в результате чего и наступает вред здоровью граждан по неосторожности. При этом из обстоятельств дела следует, что между потерпевшими — случайными прохожими, и управляющей многоквартирным домом ООО «ЖКХ», соответственно, инженером этого ООО — осужденной Л. никаких договорных обязательств по предоставлению услуг как с потребителями не было[18].

По другим делам суды шире толкуют понятие «потребителя» и квалифицируют по статье 238 УК и те случаи, когда в результате эксплуатации тех или иных объектов пострадали люди, не состоявшие в договорных отношениях с обвиняемыми. Например, Г., который являлся директором ООО, был признан виновным в оказании услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни потребителей, повлекшем по неосторожности смерть человека. Возглавляемое Г. юридическое лицо являлось собственником рекламной конструкции, падение которой привело к смерти потерпевшей. Доводы адвоката о том, что Г., как руководитель фирмы, лишь предоставлял рекламные поля юридическим лицам, с физическими лицами не работал, поэтому не нарушал Закон «О защите прав потребителей» не были приняты во внимание. Суд посчитал установленным факт оказания неограниченному кругу лиц услуг в сфере рекламы на основе договорных отношений[19].

Приведенные примеры свидетельствуют о необходимости проведения более точного разграничения между общественными отношениями, охраняемыми положениями статьи 238 УК и связанными с оказанием безопасных услуг потребителям, и общественными отношениями, обеспечивающими безопасность жизни и здоровья граждан при эксплуатации опасных объектов, охраняемыми иными нормами Особенной части УК (ст.ст.109, 118, 216 УК). При этом следует учитывать, что преступление, предусмотренное статьей 238 УК, является умышленным (то есть лицо намеренно совершает действия, создающие реальную угрозу причинения вреда). Если же деяние совершается по неосторожности, то необходима квалификация по статьям о преступлениях против личности либо преступлениях против общественной безопасности, субъективная сторона которых предполагает неосторожную форму вины.

  1. Особо необходимо остановится на вопросе о возможности квалификации по статье 238 УК РФ ненадлежащего оказания медицинской помощи. Для вменения врачу преступления, предусмотренного ст. 238 УК РФ, требуется установить, что были нарушены требования безопасности.

Диспозиция ст. 238 УК РФ является бланкетной. Для установления смысла понятия «требования безопасности» следует обратиться к законодательству иной отраслевой принадлежности. В случае с врачами это прежде всего Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации». Согласно его предписаниям, а также принятым в развитие этого закона постановлению Правительства Российской Федерации от 12 ноября 2012 г. N 1152 «Об утверждении Положения о государственном контроле качества и безопасности медицинской деятельности» и Приказу Министерства здравоохранения РФ от 21 декабря 2012 г. N 1340н
«Об утверждении порядка организации и проведения ведомственного контроля качества и безопасности медицинской деятельности» безопасность медицинской деятельности включает в себя безопасность условий труда и безопасное применение и эксплуатацию медицинских изделий и их утилизацию (уничтожение). Применительно к ст. 238 УК РФ из перечисленных требований безопасности речь может идти только о безопасном применении и эксплуатации медицинских изделий и их утилизации (уничтожении). Нарушение требований безопасности труда при наличии иных признаков состава преступления квалифицируется по ст. 143 УК РФ, поскольку будет иной объект преступления (безопасность труда).

Если буквально толковать специальный закон и подзаконные акты, то требуется констатировать, что круг обязанностей врача, оказывающего медицинскую помощь, нарушение которых при наличии иных признаков состава преступления подлежит квалификации по ст. 238 УК РФ ограничен только безопасным использованием медицинских изделий. Невыполнение иных профессиональных обязанностей следует квалифицировать по статьям о преступлениях против жизни и здоровья.

В связи с этим следует признать обоснованным постановление оправдательного приговора, когда было предъявлено обвинение по ст. 238 УК РФ, в том числе и по причине отсутствия указания в обвинительном заключении на нарушение конкретных требований безопасности при оказании медицинской помощи, которые нарушил врач (Приговор № 1-481/15 Василеостровского районного суда Санкт-Петербурга, оставлен без изменения в суде апелляционной инстанции[20]).

На практике нередко слишком широко трактуют требования безопасности при оказании медицинской помощи. При этом исходят не из бланкетности признака, а из общих соображений о безопасности. Это приводит к тому, что любое отклонение от правил оказания медицинской помощи в силу специфики медицинской деятельности (медицинское вмешательство зачастую само по себе создает опасность для здоровья) является нарушением требований безопасности оказания медицинской помощи, которое создает опасность для здоровья и жизни пациента. Такое толкование явно выходит за буквальный смысл законодательства, что приводит к нарушению принципа законности.

В связи с этим видятся спорными судебные решения, в которых по ч. 1 ст. 238 УК РФ были квалифицированы введение внутривенно капельно раствор, содержащий медикамент «Аминазин» в размере не менее 0,2 мл, больному, находящемуся в состоянии алкогольного опьянения, в нарушение «Инструкции по медицинскому применению лекарственного препарата»[21], запоздалое кесарево сечение при родовспоможении[22].

Ненадлежащее оказание медицинской помощи можно квалифицировать по ст. 238 УК РФ только в том случае, когда помимо дефекта оказания медицинской помощи имело место еще и нарушение требований безопасности.

По статье 238 УК РФ за ненадлежащее оказание медицинской помощи должно нести ответственность лицо, принявшее управленческое решение об оказании медицинской помощи в нарушение требований безопасности. Это могут быть должностные лица (главврачи, начмеды, заведующие отделением и др.), лица, выполняющие управленческие функции, не относящиеся к должностным, а также врачи или иные медицинские работники, фактически принимающие решения об оказании услуги, не соответствующей требованиям безопасности. Например, лица, принимающие решение об использовании для вакцинации некачественной вакцины. Лицо, которое не принимает указанного решения и не вносит вклада в его принятие (как организатор, подстрекатель или пособник), а выполняет свою трудовую функцию не может отвечать по ст. 238 УК РФ.

[1] Постановление Президиума Нижегородского областного суда от 02.12.2015 N 44У-124/2015, 4У-1065/2015

[2] Апелляционное постановление Тюменского областного суда от 13.04.2017 по делу N 22-808/2017

[3] Приговор Курганского городского суда Курганской области от 03.19.2013 №1-963/13

[4] Приговор Новооскольского районного суда Белгородской области от 19.08.2014 N 1-68-14

[5] Приговор Яшалтинского районного суда Республики Калмыкия от 14.08.2015 по делу N 1-26/2015г.

[6] Приговор Каменского районного суда Ростовской области от 07.06.2017 по делу N 1-71/2017

[7] Приговор Верхнекамского районного суда Кировской области от 12.09.2016 по делу N 1-96/2016

[8] Приговор Александровского районного суда Томской области от 25.02.2016 по делу N 1-5/2016(1-56/2015)

[9] Приговор Воротынского районного суда Нижегородской области от 26.02.2014 по делу N 1-2/2014(1-55/2013)

[10] Кассационное определение Ульяновского областного суда от 07.10.2011 по делу N 22-3829/2011

[11] Приговор Куйбышевского районного суда города Омска от 23.03.2016 по делу N 1-146/2016

[12] Приговор Самарского областного суда от 08.12.2014 N 22-5688

[13] Постановление Верховного Суда Республики Крым от 26.10.2017 по делу N 4У-976/2017

[14] См. об этом Волженкин Б. В. Преступления в сфере экономической деятельности по уголовному праву России. СПб.: Издательство Р. Асланова «Юридический центр Пресс», 2007. С. 217.

[15] Схожие правила квалификаций действий работников в организации ранее были обоснованы применительно к преступлению, предусмотренному ст. 146 УК РФ. См.: Щепельков В.Ф. Нарушение авторских прав в организации: проблемы квалификации // Уголовное право. 2012. № 4. С. 46-49.

[16] Апелляционное постановление Камчатского краевого суда от 11.02.2014 по делу N 22-82/2014

[17] Постановление Президиума Верховного суда Республики Башкортостан от 04.06.2014 N 44у-267/2014

[18] Постановление Президиума Омского областного суда от 10.07.2017 N 44У-81/2017

[19] Апелляционное определение Пермского краевого суда от 16.09.2016 по делу N 22-5798/2016

Все права защищены; 2019 Ohrangos.ru